Быть человеком. Часть 3

Синопсис

Фэндом: Detroit: Become Human

Персонажи: Коннор, Гэвин Рид, Хэнк Андерсон

Жанр: Hurt/Comfort, Выживание, Драма, Элементы ангста

Описание: События происходят через несколько месяцев после положительного финала игры Detroit: Become Human (андроиды получили общественное признание, основные персонажи — живы). Сюжет сосредоточен вокруг работы главного отделения полиции Детройта, в центре истории — андроид Коннор и детектив Гэвин Рид. Повествование идёт в рамках канона, как в плане основного конфликта, так и с точки зрения развития персонажей.

Дисклеймер: Основано на оригинальной вселенной Detroit: Become Human. Все права на мир и персонажей принадлежат их законным авторам и правообладателям. Этот текст — творческая переработка, авторская интерпретация, не претендующая на коммерческую выгоду или официальность.Все дополнения, интерпретации и сюжетные линии принадлежат автору этого канала.  

Часть 3

Гэвин очнулся от чувства удушья. Его лёгкие прерывисто сокращались, силясь сделать вдох, но грудные мышцы были скованы спазмом. В ужасе он распахнул глаза, но, почувствовав, как колючая пыль оседает на их слизистой, тут же зажмурился и рефлекторно поднял правую руку, чтобы очистить лицо. Это движение вызвало острую боль, волной прокатившуюся по всему телу. Рид закашлялся. Благодаря этому лёгкие, наконец, заработали, однако легче не стало. Воздух был полон мелких частиц, они скапливались во рту и носу детектива, раздражая дыхательные органы и вызывая новые приступы. Этот цикл повторялся до тех пор, пока Гэвин не совладал с дыханием, сделав его медленным и неглубоким.

Дрожащими пальцами Рид провёл по векам, стараясь освободить их от грязи, и снова открыл глаза. Должного эффекта это не возымело – кругом царила кромешная тьма. В голове гудело. Уши были будто набиты ватой. «Где я?». Последнее, что помнил Гэвин – это нарастающий гул и распадающееся на части пространство. «Похоже, здание «Color World» рухнуло… Как такое могло произойти? Износ? Коммунальная авария? Землетрясение?» – мысли детектива путались, казались нелепыми и абсурдными. «Хлопок… я слышал хлопок…» – повторял про себя Рид, водя глазами по чернеющей бездне, – «типографию взорвали». От осознания случившегося его бросило в холод. Сама мысль быть погребенным заживо вызывала чуть ли не животный страх. Но последствия могли оказаться куда масштабнее.

Детектив начал скользить ладонями по поверхности, на которой лежал. Она была ровной, но вся в бетонной крошке и каких-то ошмётках. Слева Рид уперся в груду обломков, справа никаких препятствий не встретилось. Затем он аккуратно вытянул руку вверх, насколько хватало ее длины, – ничего. Для циркуляции воздуха места было достаточно, и это обнадёживало. Когда глаза немного привыкли к темноте, по диагонали справа, в глубине завалов, Рид заметил мерцание холодного света. Это натолкнуло на такую, вроде бы, очевидную мысль о телефоне. Запустив руку в карман джинсов, Гэвин достал смартфон. В пальцы, обхватившие верхнюю часть гаджета, вонзились мелкие осколки стекла – похоже, была разбита камера. Детектив нажал на кнопку включения, активировав экран. По его поверхности проходило несколько видимых трещин, но в целом смартфон был в рабочем состоянии. На приветственной заставке высветились время и дата. Сигнал отсутствовал. «Разве могло быть иначе…» – удрученно подумал Рид. Фонарик, естественно, тоже не работал. Гэвин выкрутил яркость дисплея на максимум и стал осматриваться. Его окружали руины здания, причудливым образом сложившиеся после падения. Над собой детектив увидел несколько крупных обломков, лежащих друг на друге. Расстояние до них, похоже, позволяло сесть.

Положив телефон справа экраном вверх, Рид согнул руки, подтянул их немного под себя и начал медленно приподниматься на локтях. Мышцы не слушались. Детективу понадобились несколько минут и масса усилий, чтобы оторвать спину от пола. Когда это произошло, правую половину тела в области ребер прострелила острая боль. Гэвин рухнул обратно, пытаясь отдышаться. «Чёрт», – это слово, сорвавшееся с его уст, показалось чужим и далёким. В ушах по-прежнему сохранялось неприятное ощущение вакуума, с трудом пропускающего звуки. Восстановив дыхание, Рид снова попытался подняться, двигаясь еще медленнее и опираясь больше на левый локоть. Преодолевая усиливающуюся боль в области груди и неприятный отклик во всём организме, он всё-таки сел. Чтобы сохранить равновесие, Гэвин опёрся ладонями о пол. Руки дрожали. Голова кружилась. В ушах стал нарастать звон. Почувствовав прилив дурноты, Рид прикрыл глаза и опустил голову чуть вниз, стараясь не отключиться. Полностью сконцентрировавшись на дыхании, детектив сидел так, пока не наступило облегчение.

По-прежнему держа веки опущенными, Рид стал улавливать звуки трения, будто фрагменты здания всё еще двигались, где-то капала вода, по правую сторону монотонно щёлкала неисправная лампа… Во всем этом был один положительный момент: слух к детективу вернулся. Гэвин открыл глаза и посмотрел на свои ноги. Силуэт правой он видел довольно четко и даже мог ею пошевелить, а вот левая, похоже, находилась под завалом. Упершись обеими ладонями в пол и изо всех сил отталкиваясь правой ногой, Рид попытался сдвинуться назад. Рывок и левую ногу прожгло, точно кипятком. Инстинктивно схватившись за верхнюю часть бедра, детектив застонал. «Господи…» – хриплым голосом выдавил он, не шевелясь и ожидая, когда стихнет боль. Переведя дух, Гэвин стал аккуратно прощупывать ногу, пока не уперся в обломок внушительных размеров. Самостоятельно детектив сдвинуть его не мог.

Осознание безысходности сковало Рида не меньше, чем рухнувшее здание. В бессилии детектив опустился на пол и провел рукой по вспотевшему лбу. Однако неприятная липкая субстанция, которую он почувствовал под пальцами, мало напоминала пот. Гэвин поднес левую ладонь к глазам. Даже в скудном освещении от дисплея телефона было понятно, что рука в крови. «Этого еще не хватало…» – произнёс про себя Рид, снова дотрагиваясь до лба. На голове нащупывалась рваная рана, проходящая вдоль линии роста волос. Кровь почти не шла, но о серьёзности травмы судить было сложно. Гэвин вздохнул. Самостоятельно выбраться из-под завала он не сможет, когда придёт помощь – неизвестно, да и придёт ли она вообще…

«А что с остальными?» – от мысли, возникшей будто невзначай, по спине пробежал холодок. Что стало с коллегами Рида и сотрудниками типографии, которые во время взрыва находились на первом этаже? Может им удалось эвакуироваться? Не зря же детектив со стажёром слышали сигнал, похожий на пожарную тревогу. «Стажёр!». Разбираясь в происходящем, Рид совсем забыл о своём подопечном. Набрав в грудь побольше воздуха, Гэвин изо всех сил крикнул: «Эй! Меня кто-нибудь слышит?!». Ответа не последовало. Рид предпринял ещё несколько попыток: «Фишер! Слышишь меня?! Это детектив Рид! Дэниел Фишер, ответь!!!». Гэвин затаил дыхание, но звуков, свидетельствующих о том, что рядом есть кто-то живой, так и не последовало. Смирившись, Рид дотянулся правой рукой до телефона и поставил его на блокировку. Пространство снова погрузилось во тьму.

***

Искорёженные обломки плавно выплывали из мрака в спектре инфракрасного излучения. Коннор следовал за фантомной тенью Beetle-ER8 под завалами типографии. Лаз, по которому недавно перемещался медицинский дрон, был довольно тесный, но преодолимый. Андроид продвигался преимущественно ползком, вставая на четвереньки, лишь когда позволяло пространство. Индекс AQI, сообщение о котором периодически всплывало у RK800 перед глазами, варьировался от 250 до 410. Без дополнительного оборудования, в частности дыхательных масок и фильтров, людям будет сложно осилить то расстояние, которое уже преодолел Коннор. Это, в свою очередь, тянуло за собой проблему манёвренности: в спецзащите вероятность застрять в этом импровизированном тоннеле была так же велика, как и травмироваться без неё.

По прошествии получаса, как Коннор спустился под руины «Color World», путь, которым он следовал, упёрся в тупик. Груда обломков, перегородивших проход, имела небольшой зазор, в который, видимо, и пролез малогабаритный Beetle-ER8. Просканировав препятствие, андроид пришел к выводу, что здесь его дороги с роботом-жуком расходятся: дальше курсом медицинского дрона никто крупнее кошки пройти не сможет.

Поскольку лаз не позволял развернуться, RK800 стал медленно сдавать назад. Преодолев расстояние в двадцать два ярда, андроид оказался на участке с уцелевшими межкомнатными перегородками и дверным проёмом. Упавшая потолочная плита не давала встать в полный рост, а обломки перекрытий и мебели загромождали пространство, и всё же здесь было куда просторнее, чем на предыдущем отрезке пути. Коннор осмотрелся, реконструируя различные варианты обрушения и сопоставляя их со схемой типографии. Это был фрагмент 310-го кабинета третьего этажа, выход из которого раньше вёл в общий коридор. Нагнувшись, RK800 подошёл к дверному проему. Если не считать упавшей по диагонали бетонной балки, проход был относительно свободен, чем Коннор и воспользовался.

Оказавшись в продолговатом помещении, до взрыва соединявшем офисы третьего этажа, андроид стал продвигаться вдоль боковой стены, параллельно траектории Beetle-ER8. Потолок в этом промежутке был сильно поврежден. Сначала Коннору удавалось идти согнувшись, затем пришлось преодолевать дорогу на четвереньках, вскоре снова ползти. Через пятнадцать ярдов RK800 оказался у края поперечного разлома, откуда остатки пола уходили под резким уклоном вниз. Здесь перед глазами Коннора всплыло сообщение о скачке кислорода с 18,6% до 19,1%. «Я на верном пути», – констатировал RK800.

– Коннор, приём. По карте видно, что ты сменил курс.

– Да, лейтенант. Маршрут, которым следовал медицинский дрон, больше не актуален. Я нашёл обходной путь, – оповестил базу андроид, одновременно начиная спуск.

– Ты уверен, что э..о не путь в од..н ко….ц? – голос Андерсона стал поступать с помехами, а потом и вовсе пропал.

RK800 получил системное сообщение о потере сигнала с диспетчерской. Он отполз на пару ярдов назад, где связь возобновилась:

– Коннор, приём, ты слышишь меня?

– Да, лейтенант. Дальше сигнал не проходит. На данный момент я загрузил все сведения, которыми располагаю. Когда пострадавший будет найден, я вернусь в эту точку для установки контакта.

– Не когда, а если, Коннор. Какова вероятность, что эта дорога выведет тебя к цели? Неоправданный риск сейчас неуместен.

Андроид почувствовал еле заметные изменения в вибрации голоса Андерсона. Хэнк беспокоился.

– Пока не проверю, не узнаю, лейтенант. В любом случае, я должен использовать все возможности, чтобы выполнить поставленную задачу.

Возникла пауза. RK800 добавил: «Приём».

– Да, Коннор, ты прав. Будь осторожен. Ждём информацию. Конец связи.

Последнюю фразу лейтенант произнес холодно и размеренно. «Слишком стараетесь, шеф», – подумал андроид и едва заметно улыбнулся. – «Не волнуйтесь. У меня всё под контролем». Коннору, как девианту, было приятно осознавать, что есть не безразличный к его судьбе человек.

Путь вниз занял около пяти минут. На спуске Коннору то и дело попадались мелкие гранулы, напоминающие пенопластовые шарики. Вероятно, это были остатки изоляционного материала. Преодолев около семи ярдов по наклонной, андроид снова выбрался на ровную поверхность, где можно было встать в полный рост. Помещение здесь сохранило свои первоначальные очертания: отрезок коридора и примыкающие к нему офисы. Характер обрушения типографии Коннор находил нетипичным для локального взрыва. Большая часть маршрута, которую он преодолел, выглядела так, словно прошла через каменоломню. Чего нельзя было сказать о центре здания, который будто разом провалился вниз. Правда, объяснить, с чем это связано, RK800 пока не мог. Не хватало данных.

Завершающую часть пути андроид провёл, лавируя среди обломков. На просторах полуразрушенных локаций «Color World» RK800 стали попадаться уцелевшие кофейные автоматы и холодильники с едой, работающие от автономных источников питания. Такие зоны подсвечивались ярким белым цветом.

Коннор сверился с данными робота-жука, маршрут которого проходил где-то над андроидом, а теперь вернулся в одну плоскость с ним. До цели, согласно карте, оставалось несколько ярдов. RK800 перевел зрительное восприятие в режим тепловизора и огляделся. Впереди спектр распределения температур достигал коэффициента излучения, близкого к 0,98. Туда андроид и направился, опустившись на пол и нырнув под очередной обломок бетонной плиты.

Выбравшись на противоположную сторону, Коннор очутился в камерном пространстве. Выпрямиться в полный рост здесь мешал нависший потолок. Остатки линолеума под ногами были усыпаны осколками стекла от автомата с напитками, лежащего слева у стены. Мерцающая лампа внутренней подсветки товара периодически озаряла окружающую территорию холодными вспышками. Сразу за автоматом проход перегораживал крупный обломок здания, который можно было обогнуть справа. За этим препятствием Коннор отчетливо различал желто-красные пятна – тепло человеческого тела. Снова переключившись на режим ночного видения, андроид стал двигаться к лежащему на полу пострадавшему. Это был белый мужчина 36-ти лет, идентифицировать личность которого для RK800 не составило труда. Коннор поднял фонарик и включил свет.

***

Из болезненного полусна Гэвина выдернуло беспорядочное цоканье. Детектив открыл глаза. Понимание, где он находится, вернулось столь же быстро, сколь удалялся странный шум. Рид резко повернул голову вправо – на звук, тут же поморщившись от неприятных ощущений. Вдали виднелся силуэт гигантского паука на фоне луча жёлтого света. Он быстро карабкался по завалам, продвигаясь вглубь. У Гэвина перехватило дыхание:

– Эй… – сначала беззвучно выдохнул он, а потом в голос закричал, – Стой! Я здесь! Остановись! Эй ты, мелкий засранец!

Схватив первый попавшийся камень, Рид швырнул его в сторону «паука». Было слышно, как совсем недалеко упал обломок, и видно, как спасительный свет мерк, теряясь среди руин здания.

– Чертов робот, – прошептал детектив, повернувшись обратно к импровизированному потолку и пытаясь продышать вернувшуюся боль.

Гэвин лежал, вглядываясь во тьму и прикидывая свои шансы. Вероятно, спасатели уже прибыли на место взрыва, раз здесь появился наземный дрон. Хотя, это мог быть и уцелевший Beetle-Х113, пытающийся обнаружить красный лёд. Так или иначе, оставалось только ждать. Рид активировал экран телефона. На дисплее высветилось 14:18. Прошло около пятидесяти минут после взрыва. Скоро появится жажда, затем голод, затем… Детектив закрыл глаза и сглотнул. Время – ресурс, который очень быстро заканчивается.

С момента визита робота-жука минул час, и пространство вновь наполнилось непривычными звуками. Гэвин приподнялся на локтях и стал всматриваться в сторону, откуда доносились шорохи и шум, похожий на шаги. В блёклом освещении мерцающей лампы выросла темная фигура и, согнувшись, стала двигаться прямо на Рида. Детектив затаил дыхание: «Неужели спасатели… Почему не включают фонари? Добрался только один человек?». В голове Гэвина крутились разные мысли, пока он не заметил во мраке светящуюся голубую полоску, треугольник и мерцающий кружок того же оттенка. «Андроид», – констатировал про себя Рид. В этот момент его глаза ослепил яркий свет. Детектив поднял левую руку, пытаясь загородить лицо:

– Какого черта?!

– Детектив Рид, Вы в порядке? – услышал Гэвин раздражающе знакомый голос.

«Коннор».

– Откуда ты здесь взялся!? – спросил Рид в недоумении и добавил, – убери уже свой фонарь!

– Извините, – ответил андроид, расположившись рядом с детективом и опуская фонарик вниз. – Как Вы себя чувствуете?

Гэвин потер тыльной стороной руки переносицу, несколько раз зажмурил и открыл глаза. Привыкнув к свету, он посмотрел на Коннора – на его невозмутимое лицо и выжидающий взгляд.

– Что ты здесь делаешь? – уже без нажима повторил Рид, проигнорировав вопрос андроида. – Где спасатели?

– Когда произошел взрыв, мы с лейтенантом Андерсоном были неподалёку и тут же прибыли на место происшествия. Поскольку представители поисково-спасательной службы еще в пути, я помогаю с обнаружением пострадавших.

– Какая самоотверженность… – с издёвкой заметил Рид и спросил, – кроме меня удалось ещё кого-то найти?

– Да. Вытащили двух работников бизнес-центра и одного сотрудника полиции.

– Кого?

– Эдварда Стоуна.

Рид почувствовал внезапное облегчение. Не то чтобы они со Стоуном были друзьями, скорее, умело терпели друг друга, когда того требовала работа. Но Гэвин действительно был рад слышать, что его коллега жив.

– А здесь… здесь есть еще люди? Со мной был стажёр – Дэниел Фишер. Ты видишь его?

– В радиусе двадцати ярдов я не наблюдаю теплового излучения.

– А я не о включенном радиаторе тебя спрашиваю, – начал кипятиться Рид, – за секунду до взрыва Фишер стоял в двадцати шагах от меня. Он должен быть где-то рядом.

– Если бы рядом был живой организм – я бы его обнаружил.

– Пацан наверняка ранен и без сознания, возможно, истекает кровью, а значит, его температура и пульс ниже нормы. Просто осмотрись вокруг, – настойчиво попросил Гэвин.

– В этом нет необходимости, детектив, как я уже сказал…

– Ты задрал меня! – выхватив фонарик из рук Коннора, Рид направил его в черную бездну.

Рядом с «предбанником», озаряемым мерцанием лампы, как оказалось, было довольно внушительное пространство, хаотично заваленное обломками. Луч света, под управлением детектива, медленно скользил по руинам. RK800, хоть и понимал бессмысленность происходящего, не стал останавливать Гэвина – иногда людям требуется время, чтобы принять очевидное. Внезапно Рид воскликнул:

– Вот он… Я вижу его! Проверь, что с ним!

Коннор посмотрел в сторону, куда указывал фонарь, зажатый в ладони детектива. В ореоле света виднелась человеческая рука, в полицейской форме, торчащая между каменными глыбами. Андроид знал: это был стажёр и он был мёртв.

– Ну же, чего ты ждёшь?! – прорычал Рид.

RK800 мог сказать всё как есть, но решил доиграть роль до конца. Он подобрался к Фишеру, точнее, к тому, что от него осталось, и взял его за запястье. Подождав с минуту, Коннор отпустил руку стажёра:

– Мне жаль, детектив, но Ваш подопечный скончался.

Гэвин продолжал смотреть на безвольно свисающую конечность; на синий рукав куртки, посеревший от цементной пыли; на пятна крови, размазанные по обломкам.

– Ты уверен? – глухо спросил Рид, зная ответ.

– Абсолютно, – констатировал Коннор.

– Вот же… – выдохнул Гэвин и положил фонарь на пол.

Рационально – необходимо было что-то сказать в знак поддержки, но андроид понимал – это только усугубит ситуацию. Поэтому он молча вернулся к Гэвину, который явно нуждался в медицинской помощи.

– Детектив, мне необходимо Вас осмотреть, – произнёс RK800, потянувшись к мужчине.

– Ты у нас и за спасателя, и за медбрата? – бросил Рид, оттолкнув руку Коннора. – Не станем отнимать хлеб у врачей. Просто приподними этот булыжник, Пиноккио, чтобы я смог вытащить ногу. И будем выбираться отсюда.

Спорить было бесполезно, да и время поджимало. Коннор уже взялся за камень, но, просканировав ногу Гэвина, остановился.

– Ты чего замер?! – резко спросил детектив.

Гэвин и так чувствовал себя паршиво, а рандеву с бывшей шестеркой «Киберлайф» ничуть не способствовало улучшению ситуации. Ему хотелось поскорее освободиться из вынужденного заточения.

– Я не могу этого сделать, – произнёс Коннор свой безапелляционный вердикт.

Рид посмотрел на RK800, как люди обычно смотрят на зависший компьютер. Видит бог, детектив изо всех сил пытался понять, что у этого тириумного ушлёпка в его микросхемных мозгах:

– Что… камушек превышает твою грузоподъёмность?

– Нет, – спокойно ответил андроид, игнорируя издевательский тон собеседника. – Повреждение левой нижней конечности гораздо серьёзнее, чем Вы ощущаете. У Вас открытый перелом, раздроблена бедренная кость и повреждена артерия. Обломок здания в данной ситуации выступает в роли жгута и фиксирующей повязки. Если его сдвинуть, Вы умрёте от потери крови и болевого шока быстрее, чем Вам окажут квалифицированную медицинскую помощь.

Рид буравил Коннора взглядом, пытаясь определить, врёт тот или нет. Но лицо андроида не выражало никаких эмоций.

– Ладно… – произнёс детектив. – Твои предложения?

– Мне необходимо Вас осмотреть, – повторил Коннор, – я должен понимать, сколько у нас времени.

От последней фразы Гэвину стало как-то не по себе, поэтому он, наконец, кивнул в знак согласия.

– Ложитесь, – сказал андроид, и Рид снова опустился на холодный бетон.

RK800 приступил к анализу: ушибы, ссадины, растяжения… у детектива было много мелких ранений, не представляющих угрозы для жизни. Из повреждений, требующих скорого медицинского вмешательства, были перелом ребер и травма головы.

– Помимо проблем с ногой, у Вас повреждение костей грудного отдела и сотрясение головного мозга. В ближайшие пару часов Вашей жизни ничего не угрожает. Однако, Вам необходимо оставаться в состоянии покоя, – констатировал Коннор. – Здесь сигнал не ловит. Я должен вернуться назад, чтобы связаться с поверхностью и передать им точные координаты Вашего местоположения для осуществления спасательных работ.

Лёжа на полу, Гэвин смотрел на нависающего над собой андроида и ощущал еще большую беспомощность, чем в первые мгновенья после взрыва. Детектив ненавидел это чувство… чувство, когда сам себе не принадлежишь.

– Сколько это займёт?

– Путь туда и обратно при прочих равных условиях составит около двадцати минут. С поверхности андроид-медик доберётся до сюда минут за сорок. Как долго будут разбирать завалы, судить сложно, но к тому моменту Вам уже смогут оказать первую медицинскую помощь.

Рид поднял брови и отрицательно покачал головой:

– Расклад так себе… Хорошо. Делай что должен.

– Я оставлю Вам фонарик и…

Не договорив, Коннор направился в сторону, где мерцал электрический свет. Вернувшись, он протянул Риду бутылку воды:

– Вот. Пейте небольшими глотками.

– А чего-нибудь покрепче там не было? – вздохнув, поинтересовался Рид.

Коннор посмотрел на детектива. За всей его бравадой скрывалась уязвимость, так удивительно не сочетающаяся с пофигистическим характером этого человека.

– Не переживайте. Я вытащу Вас отсюда.

«Надо же было так влипнуть…» – с досадой подумал Гэвин, и вслух добавил:

– Иди уже…

Коннор кивнул и отправился в обратный путь.

***

Дорогу назад андроид преодолел в разы быстрее и уже через пять минут стоял у перекрытия, уходящего под уклоном вверх. Поднявшись до уровня слома, RK800 установил связь с базой:

– Лейтенант, приём. Я обнаружил пострадавшего. Это детектив Гэвин Рид. Он получил серьезные травмы и нуждается в срочной медицинской помощи. Выгружаю результаты диагностики его физического состояния.

– Если к вам спустится специализированный андроид, вдвоём вы сможете вытащить Гэвина?

– Нет, лейтенант. Детектив Рид не мобилен. Необходимо разбирать завалы.

– Понял тебя, Коннор. Передам всю информацию капитану Аллену. Резервный состав спасателей уже прибыл. Сейчас техника начнет работать у главного входа «Color World» и в зоне складов. Остальные бригады на подъезде. Скоро на ваш участок смогут выделить людей и оборудование. А пока постараемся направить к вам парамедика.

– И еще, лейтенант…

– Слушаю, Коннор.

– Я обнаружил останки стажёра Дэниала Фишера.

– Ясно, – тяжело вздохнув, коротко ответил Андерсон.

Сообщений о погибших за последний час было слишком много, а ситуация по-прежнему оставалась критической, поэтому сил на эмоции не оставалось.

– Я возвращаюсь к детективу.

– Хорошо, парень. До связи.

Коннор приступил к спуску. Преодолев несколько ярдов, андроид снова заметил мелкие гранулы. Он поднял одну из них и сжал пальцами. Под давлением «пенопластовый» шарик лопнул, высвободив в воздух тонкую струйку дыма и оставив на коже андроида черный след. RK800 поднёс палец ко рту и слизнул странный осадок. Анализ показал высокое содержание нитроглицерина и синтетических соединений, ускоряющих химические процессы. «Цепная реакция».

Взрыв в типографии был организован по методу, широко применявшемуся в сфере градостроительства при сносе зданий в период с 2018-го по 2030-й года. Суть его заключалась в равномерном распределении тротила или иного эквивалентного вещества по несущим конструкциям сооружения. Далее заминированные участки соединялись полыми трубками, наполненными зажигательной смесью с нитроглицерином, для прокладки которых штробили узкие каналы в стенах и межэтажных перекрытиях. Такая схема обеспечивала не только детонацию основных узлов, но и расщепление каркаса здания.

Судя по характеру обрушения типографии, организаторы взрыва в «Color World» модернизировали данный метод, заложив основную часть взрывчатки в зоне складских помещений. Именно это и стало причиной разрыва цепи, вследствие чего не все детонирующие устройства пришли в действие. А значит, если при разборе завалов возникнет очаговое давление на одну из соединительных трубок, и реакция снова запустится, произойдет следующая очередь взрывов.

Коннор быстро вернулся туда, откуда мог связаться с базой, и передал сообщение:

– Лейтенант, приём. Необходимо остановить все спасательные работы. При взрыве «Color World» использовался метод цепной реакции. Я уверен, что остались активные заминированные участки, и дальнейший разбор завалов может привести к их детонации.

– Понял, не отключайся, – отреагировал Андерсон и тут же обратился к Майлзу.

Андроид слушал, как лейтенант приказывает офицеру связаться со спасателями, когда почувствовал толчок. «Слишком поздно». Плита, на которой полулежал RK800, задрожала, а в тоннель перед ним стали сыпаться куски бетона. Коннор перевернулся на спину и резко нырнул вниз, отталкиваясь руками от нависающего потолка. Основание коридора стало сдвигаться, накреняясь всё больше, и в конце концов RK800 просто съехал с него. Перекатившись через себя несколько раз, андроид влетел в крупный фрагмент стены. В это время за его спиной часть межэтажного перекрытия, соединявшего нижний и верхний уровни, с грохотом рухнула.

***

16:00 – высветились крупные цифры на экране телефона. Рид периодически касался указательным пальцем потрескавшейся поверхности смартфона, активируя дисплей. Прошла всего половина заявленного Коннором времени, а казалось, минул час. Гэвин приподнялся на локтях, сделал пару глотков воды и снова опустился на пол, почувствовав, как что-то уперлось ему в правый бок чуть ниже талии. «Видимо, камень», – подумал детектив, аккуратно запустив руку под спину, а нащупал съехавший футляр с табельным оружием. «Молодец, Рид, ты забыл про пистолет, за потерю которого Фаулер с радостью тебя отстранит», – саркастически заметил Гэвин и, отстегнув кобуру от ремня, положил её рядом с телефоном. Наручников на поясе не оказалось. Видимо, они оторвались во время взрыва.

Головокружение немного стихло, и в целом Гэвин чувствовал себя терпимо, во всяком случае пока не шевелился. Он включил фонарик и, чтобы как-то скрасить ожидание, стал рассматривать нависающие над собой обломки. Между крупных фрагментов плит были зажаты остатки мебели, где-то свисали куски обоев, торчали провода и арматура – удручающее зрелище. Тут луч света выхватил струйку песка, который медленно осыпался с импровизированного потолка, затем еще одну и еще. Песчаный «водопад» становился все сильнее. Цементная пыль летела на Рида, сопровождаемая рокотом, доносившимся откуда-то сверху. Гэвин заметил, как обломки над ним пришли в движение. Инстинктивно он зажмурился и, скрестив руки над собой, закрыл лицо предплечьями. Шум вокруг нарастал, пока не раскрылся острой болью в левом бедре Рида.