Ренегат. Часть 7
Синопсис
Фэндом: Resident Evil
Персонажи: Клэр Редфилд, Леон Скотт Кеннеди, Стив Бёрнсайд, Ада Вонг, Ингрид Ханниган, Крис Редфилд
Жанр: Драма, Триллер
Описание: День стремился к исходу. Солнце будто застряло на линии горизонта, окрашивая обшарпанные стены в ржаво-золотой цвет. Дом стоял на отшибе, скрытый от глаз случайных прохожих. Клэр оставила машину у заросшей дорожки и пошла пешком – по мелкому гравию, по скрипучим доскам крыльца, мимо окон с паутиной в углах, мимо следов, которых не должно было быть.
Описание: День стремился к исходу. Солнце будто застряло на линии горизонта, окрашивая обшарпанные стены в ржаво-золотой цвет. Дом стоял на отшибе, скрытый от глаз случайных прохожих. Клэр оставила машину у заросшей дорожки и пошла пешком – по мелкому гравию, по скрипучим доскам крыльца, мимо окон с паутиной в углах, мимо следов, которых не должно было быть.
Часть 7
– С момента Вашего знакомства с подозреваемым прошло почти девять лет. Стив изменился с тех пор? Может, Вы замечали странности в его поведении?
Клэр закатила глаза. Она и так чувствовала себя погано: симптомы отравления не прошли, низ живота крутило от предменструальной боли, голова раскалывалась. А агент Лаура Райт будто задалась целью добить её идиотскими предположениями.
– В нём не больше странностей, чем в Вашем вопросе.
Клэр опустила глаза на собственные пальцы, которыми безотчётно барабанила по столу. Странно, что на неё не надели наручники. Может Леон замолвил словечко? От мыслей о нём лицо Редфилд помрачнело ещё больше.
– Вы отказываетесь говорить, мисс Редфилд? – уточнила Райт, что-то пометив в своём блокноте.
– Говорить о чём?! – вспыхнула Клэр. – Первая наша встреча продлилась всего сутки. Мы пытались выжить в условиях пандемии. Да, сейчас Стив не ведёт себя как человек, за которым гонится толпа заражённых. Такой ответ устроит?!
– Вполне. И не стоит так нервничать, мисс Редфилд, – сказала Лаура, недовольно вскинув брови.
– Я спокойна, – бросила Клэр, сделав резкий жест рукой.
Ей было плевать на это дурацкое анкетирование, она переживала за Стива. С ним агенты USSTRATCOM не будут столь любезны, учитывая, в чём подозревают компанию «Rebirth».
– Вы состоите с мистером Бёрнсайдом в интимных отношениях?
– Да. Это преступление?! – выпалила Клэр, начиная закипать.
– Нет, мисс Редфилд. Конечно нет, – отозвалась агент.
Лаура устала от этой беседы не меньше задержанной, благо допрос подошёл к концу. Когда Клэр отвели в комнату ожидания, Райт с облегчением прикрыла веки, наслаждаясь безмолвием после бури. Потом она залпом опрокинула полбутылки воды и прошептала, взглянув на опустевший стул перед собой:
– Невыносимая девчонка…
– Смотрю, Клэр произвела впечатление, – раздался низкий голос.
Лаура вздрогнула – минералка чуть не выскользнула из рук.
– Леон… Не заметила, как ты вошёл, – сказала она, обернувшись.
– Извини, что напугал. Мне сказали – вы закончили.
– Да уж… – выдохнула Райт.
– Как понимаю, разговор был не из простых, – заметил он, скрестив руки на груди.
– Порой мне кажется – легче допрашивать психопатов вроде Мэнсона, чем влюблённых женщин.
– Ясно… – тяжело отпустил Кеннеди. – Что удалось выяснить?
– Ну, если у Редфилд нет чёрного пояса по вранью… Выводы очевидны: она полностью доверяет легенде подозреваемого и убеждена в его невиновности.
Леон медленно кивнул. С одной стороны, от сердца отлегло – Клэр не имела отношения к преступной деятельности «Rebirth». С другой – тут разворачивалась любовная история похлеще «Ромео и Джульетты». И меньше всего Кеннеди хотелось стать свидетелем её развязки.
Пока Бёрнсайд переваривал правду о себе, Леон навестил Клэр. Он застал её мечущейся по комнате, точно зверь в клетке. Почувствовав, что больше не одна, она остановилась. Окинув Кеннеди взглядом, Редфилд холодно произнесла:
– О… Решил почтить своим присутствием.
– Я знаю, ты злишься. – постарался смягчить Леон. – Но сейчас не время показывать свой характер. Ситуация, в которой ты оказалась, крайне серьёзная…
– Да что ты, – перебила она, саркастически добавив, – и благодаря кому я в ней оказалась?
Леон вытолкнул носом воздух, сдерживая гнев. Её будто одурманили. «Как же до неё достучаться?!».
– Я тебе не враг, Клэр!
– Жаль, ты не вспомнил об этом, когда выламывал дверь моей квартиры, – огрызнулась она.
Как же бесило, что Леон продолжает прикидываться другом, подозревая её чёрт знает в чём и выбивая за её спиной ордер на задержание.
– Обстоятельства так сложились, – пояснил Кеннеди. – У меня не было выбора. Почему ты не ответила на мой звонок?!
– Что?.. На какой?! – Клэр нахмурилась, не понимая.
Потом вспомнила злосчастный вечер пятницы: случайная встреча с одноклассником, навязчивые мысли… Сигнал от Кеннеди растворился между желаниями и сомнениями.
– Меня отвлекли, – коротко ответила она. – Ты мог набрать ещё раз…
– Набрать ещё раз?! Клэр, скажи спасибо, что к тебе пришёл я, а не группа стратегического реагирования! – Леон уже не знал, как донести до Редфилд весь масштаб происходящего.
– Спасибо, Леон, – съязвила она, сделав подобие реверанса.
– Ты ведёшь себя как ребёнок, – тихо произнёс он, с досадой покачав головой.
– А ты ведёшь себя как говнюк, – не осталась в долгу Редфилд.
Он бросил на нее суровый взгляд, чувствуя, что сам завёлся не на шутку.
– Ладно, Клэр… Похоже, этот разговор ни к чему не приведёт. Я вернусь за тобой через час. Надеюсь, к этому времени ты остынешь.
С этими словами он покинул комнату ожидания – дверь за его спиной заблокировалась.
***
– Стив, меня зовут…
– Я знаю, кто ты, – перебил вошедшего мужчину Бёрнсайд.
– Вот как… – протянул Леон, опускаясь в кресло напротив. – И кто же?
– Леон Скотт Кеннеди. Агент USSTRATCOM. Друг Клэр, – на автомате произнёс Стив.
Кеннеди хмыкнул: теперь Редфилд вряд ли согласиться с последним утверждением.
– Всё верно, – подтвердил Леон.
– Как она? – спросил Стив.
«Злится. Огрызается. Ненавидит меня», – пронеслось в голове Кеннеди, но вслух он сказал лишь ёмкое:
– В безопасности.
Бёрнсайд кивнул и еле слышно произнёс: «Хорошо». Клон RGV-008 совсем потерял запал, быстро пройдя путь от отрицания к принятию. Кеннеди пытался абстрагироваться. «Это всего лишь прототип», – повторял он про себя, но по-прежнему видел перед собой человека. Потерянного и несчастного семнадцатилетнего паренька. Да, ренегат был всего лишь копией Стива, но эмоции испытывал реальные.
– Клэр уже знает… обо мне? – неуверенно поинтересовался Бёрнсайд.
– Ещё нет.
– Вы сообщите ей?
В этом вопросе звучали и страх, и надежда. Леон прищурился:
– А сам как думаешь?
– Правда не всегда бывает во благо… – отстранённо заметил ренегат, ощущая это на собственной шкуре.
Рыба, выброшенная на берег, птица с подрезанными крыльями, тень без света… Стив так запросто потерял своё «я», будто оно ничего не значило. Кто он? Зачем его создали? Кому он должен верить? Жизнь Бёрнсайда оказалась записями в исследовательском дневнике. Всё было ложью. Всё, кроме Клэр. Он не хотел стать монстром в её глазах, не хотел причинить ей боль…
– Считаешь, лучше держать её в неведении? – уточнил Кеннеди.
– Нет… Просто… – Стив так и не закончил мысль.
Безусловно, он хотел остаться в её памяти настоящим Бёрнсайдом. Нетленной юношеской влюблённостью. Но это было бы нечестно по отношению к Клэр.
– Я могу с ней увидеться? – голос клона дрогнул.
– Не думаю, Стив, – ответил Леон.
– Понимаю… Это ведь даже не моё имя…
Кеннеди тяжело вздохнул: пока одни играли в богов, другие были обречены на муки.
– Оставим его для удобства, – сгладил Кеннеди и сменил тему, – расскажи всё, что знаешь о компании «Rebirth».
Бёрнсайда не пришлось уговаривать – похоже, он смирился со своей участью.
Как оказалось, главный научный комплекс аграрного предприятия находился под носом у USSTRATCOM – в районе национального леса Аллегейни на северо-западе Пенсильвании. Судя по описанию, объект был построен с размахом. Спайк, как и предполагал Леон, работал на «Rebirth», однако о лаборатории под лесом Палоуз Бёрнсайд не знал. Зато он подтвердил информацию о вакцине. Также клон рассказал о своих обязанностях: помимо прямых поручений Шона и директора Барнса, он собирал данные о сторонних научных разработках и занимался охраной комплекса. На этом сфера ведения Стива заканчивалась.
Когда допрос завершился, Бёрнсайда сопроводили в камеру, а Леон задержался. Он сидел, разглядывая собственное отражение в зеркале Гезелла, собираясь с духом, готовясь к самому трудному разговору за этот день.
***
Клэр стояла, сложив руки на груди, и рефлекторно дёргала коленом. Хьюз уже минут тридцать распинался о проекте «Ренегат», выводя на экран какие-то отчёты, графики, формулы… Она лишь отрицательно покачивала головой, не сводя глаз с распечаток на столе. Семь пронумерованных копий Стива Бёрнсайда смотрели на неё с глянцевых снимков.
– Для тебя так важно закрыть это дело? – обратилась она к Леону, всячески игнорируя судмедэксперта.
– Для меня важно защитить миллиарды жизней… в том числе и твою, Клэр.
– Ну конечно, – хмыкнула Редфилд.
Её голос звучал ровно. Эмоции сошли на нет – остались только усталость и разочарование.
– Это полнейшая чушь, – она указала на стол перед собой. – Думаешь, я поверю в эти псевдонаучные бредни? Клонирование, Леон, серьёзно?
– Ты ведь даже не пытаешься услышать нас, Клэр, – Кеннеди хотелось окатить её ледяной водой.
– Извини, никогда не любила сказки, – отрезала она.
Её адски мутило. Она боялась блевануть прямо здесь, на фейковые фотографии любимого. Хотя, может, тогда бы от неё отстали?
– Вам просто не везло с рассказчиками, мисс Редфилд, – вмешался Хьюз. – Давайте я поведаю историю, которая тронет Ваше сердце. Жил был удивительный мальчик… Он мог обходиться без еды, но очень нуждался в воде… В воде и холоде.
Клэр медленно подняла глаза на Фрэнсиса: на её лице застыли две эмоции – заинтересованность и узнавание. Она молчала, явно ожидая продолжения. Леон коротко глянул на судмедэксперта, в надежде, что тот не упустит момент.
– Он любил вспоминать давнее прошлое, – продолжал Хьюз, – но никогда не упоминал о последнем десятилетии своей жизни, будто его вовсе не существовало…
По коже побежали мурашки. Клэр машинально потянулась к волосам, поправляя прядь за ухом, и будто невзначай скользнула взглядом по снимкам. Сомнение – вот, что увидел Кеннеди в этот момент. Лёд тронулся.
– Иногда в мальчика вселялся кто-то другой… И он начинал говорить иначе, сам того не осознавая…
Клэр неровно вздохнула, будто запнувшись. Зажав передними зубами ноготь большого пальца, она взглянула на дисплей. Информация на нём её не интересовала, она просто пыталась вспомнить, о чём успел рассказать Фрэнсис: инкубационный период вируса, многократная репликация, ДНК Долтона Спайка, «эффект запертых воспоминаний»…
– Даже если предположить, что это правда… – наконец произнесла она, будто сопротивляясь собственным словам. – Кое-что не сходится. Если клоны помнят всё до гибели Стива, почему предыдущие семь ренегатов не попытались найти меня?
Леон почувствовал облегчение: не смотря на скептический тон, Клэр наконец рассуждала как здравомыслящий человек.
– Полностью с Вами согласен, мисс Редфилд, – кивнул Фрэнсис. – Сначала я решил, что ошибся в своей теории, но потом понял, в чём феномен восьмого клона. Ваша встреча с ним в поместье Спайка сработала как триггер. Вы были самым ярким воспоминанием Стива Бёрнсайда, потому что Вы – последнее, что он видел перед смертью. Когда восьмой ренегат столкнулся с Вами, его мозг как бы перезагрузился, сняв блокировку.
Клэр почувствовала, как её начинает колотить изнутри. «Невозможно», – повторяла она про себя, лихорадочно ища, за что бы зацепиться.
– А как же Долтон?! – воскликнула она. – Почему, оказавшись в доме этого человека, ренегат не вспомнил о его жизни?
– Нельзя вспомнить то, чего с тобой не происходило, – пояснил Хьюз. – Воспоминания Спайка-младшего были внедрёнными, ренегат не имел с ними эмоциональной связи – это как надеть цветные линзы или парик. Внешний фасад – не больше.
Редфилд закусила губу: в голове проносились детали, на которые она старательно не обращала внимания. Внезапные перемены в настроении Стива, не покидающая жажда, недосказанность о прошлом… И главное – его нетленная молодость. Тело и лицо семнадцатилетнего парня. Она прикрыла глаза. Одинокая слеза скатилась по щеке, упав темным пятном на футболку Бёрнсайда, которую она так и не переодела. В комнате стало неестественно тихо.
– Клэр… – осторожно позвал Леон.
Резко проведя пальцами по лицу, она стёрла блестящий след и тут же открыла глаза:
– Этому должно быть другое объяснение, – сдавленно произнесла она.
Разговор превращался в средневековые пытки. Кеннеди видел – Редфилд держится из последнего. Он хотел избавить её от страданий, но для этого должен был ударить ещё больнее:
– Мне надо тебе кое-что показать. Идём…
Он направился на выход, она – следом: ничего не спрашивая, ни на чём не настаивая, будто на привязи. Казалось, они шли вечность: коридор, лифт, снова коридор, лестница, длинный проход и вот перед ними массивные металлические двери. Леон приложил пропуск к сканеру, створки разошлись. Внутри – светлое помещение, напичканное оборудованием – лаборатория USSTRATCOM.
Кеннеди приблизился к большой горизонтальной капсуле. Клэр встала рядом и заглянула внутрь. Под стеклом человек, которого будто отливали из воска, но не закончили… Несмотря на отсутствие нижних конечностей, Редфилд узнала его. Каждый изгиб, каждый изъян тела был ей знаком. Повинуясь внутреннему инстинкту, она сделала несколько шагов, чтобы увидеть его лицо. «Ты так внимательно разглядываешь меня, будто я экспонат в музее», – прозвучал в голове голос Стива. В этот момент ренегат непроизвольно дёрнул рукой.
Клэр почувствовала рвотный позыв. Зажав ладонью рот, она стала озираться по сторонам. Кеннеди не сразу понял, что происходит, а Редфилд уже рванула к мусорному ведру. Прокашлявшись, она выпрямилась и, не оборачиваясь, зашагала к выходу.
– Я хочу уйти отсюда, – бросила она не своим голосом.
– Хорошо, – сказал Леон, тут же подскочив к электронному замку и разблокировав дверь.
Клэр вылетела из лаборатории, будто из горящего здания. Он бежала, не различая направления. Кеннеди нагнал её на очередной развилке и сказал:
– Нам сюда.
– Мне нужно в уборную, – произнесла она, едва сдерживая слёзы.
– Да, конечно…
Он проводил Редфилд до туалета и остался ждать снаружи.
Клэр подлетела к раковине и врубила воду на всю мощность. Её ладони скользили по гладкой поверхности туалетной стойки. Она смотрела, как пузыри с шипением заполняют отверстие слива. Её рот открывался как у рыбы, ловя воздух. Лёгкие сжало спазмом, словно при астме, сердце молотило в груди, точно отбойный молоток. Её бросало то в жар, то в холод, пока снова не накрыло волной тошноты. Редфилд ринулась в кабинку, рухнув на колени, обхватив пальцами унитаз – не брезгуя, не думая. Её организм выворачивало наизнанку. Но последние несколько часов она ничего не ела, даже не пила. Рвотные позывы стали болезненными, будто выпихивая её внутренности наружу. В толчок падали сгустки странного цвета. Видимо, желчь.
Но Клэр это не пугало, даже не беспокоило. Её разум был не здесь, он бился в агонии от наступившего прозрения. «Никогда не любила сказки», — сказала та, что три месяца жила в выдуманном мире. Как такое возможно?! Его слова, его признания, его поцелуи… Всё подделка?! Этот человек обнимал её ночью, сидел на её кухне, обладал её телом… Незнакомец с чужой памятью, марионетка. Нет. Он даже не человек. Продукт биоинженерии, искусственная оболочка, мутант…
Кровь в её венах стала ледяной, разливая по телу парализующий ужас. Перед глазами проносились разные сцены: его взгляд, его смех, его движения – такие искренние, такие настоящие… Всё мираж. Иллюзия. Сон. Клэр отдавала свою душу, делилась сокровенным, безотчетно верила самозванцу. Постороннему, проникшему в её квартиру. Вору, укравшему её жизнь. Прижавшись к холодной кафельной стене, Редфилд обхватила руками колени, словно защищаясь от реальности. А в её голове продолжалась гражданская война. Мысли сменяли одна другую, раскачивая внутренние весы, играя на надорванных нервах:
«Может это не правда?»
«Моя интуиция никогда не подводила…»
«А если Леон ошибся?»
«Я же видела, что с со Стивом что-то не так…»
«Должно быть другое объяснение.»
«Стив Бёрнсайд мёртв.»
«Он был таким реальным…»
«Стив Бёрнсайд мёртв.»
«Каждый жест, каждое слово… такое невозможно подделать.»
«Стив мёртв… Мёртв! МЁРТВ!!!»
Клэр в отчаянии закрыла руками уши, пытаясь унять крик в собственной голове. Безысходность, ярость, обида… Эмоции затягивали петлю на её шее. Хотелось рыдать навзрыд, но ничего не получалось. Она вцепилась в ворот футболки, опуская его вниз, будто это могло помочь, втягивая через нос запах собственной рвоты и дешёвого освежителя. «Боль не может длиться вечно», – пронеслось в голове. Она стукнула затылком о стену, потом ещё и ещё, пытаясь перекрыть этот психологический коллапс. Мир Редфилд снова рухнул, погребя её под обломками.
Леон рывком вскинул руку, посмотрев на часы. Клэр скрылась за дверью уборной двадцать минут назад. По ту сторону – лишь шум воды. Кеннеди напрягся – вдруг она упала в обморок, или в состоянии аффекта что-то сделала с собой. Он нервно вздохнул и бросил взгляд вглубь коридора, где так кстати показалась Райт.
– Лаура, – окрикнул он, сделав жест рукой.
Она прибавила шаг. Когда агент подошла, Леон попросил:
– Окажи услугу – посмотри, как там Клэр.
– Что, узнала правду о своём парне? – без тени иронии спросила Райт.
– Угу, – подтвердил он.
Лаура не была посвящена в подробности дела, поэтому думала, что Редфилд просто покрывает террориста. Впрочем, провести допрос ей это не помешало. Как и не помешает помочь Кеннеди.
Медленно приоткрыв дверь, Райт заглянула внутрь. Предбанник был пуст, лишь включенный кран да запотевшее от пара зеркало. Она сделала несколько шагов, скользнув взглядом по кабинкам. Створка последней была распахнута. На полу сидела Клэр, прижавшись спиной к стене и смотря в одну точку перед собой.
– Мисс Редфилд, с Вами всё в порядке? – спросила Лаура, опускаясь рядом.
Клэр перевела на неё отсутствующий взгляд, но ничего не сказала. Райт легонько тронула её за плечо:
– Хотите, я вызову врача?
Редфилд отрицательно покачала головой, оперлась ладонью о пол и стала кое-как подниматься. Райт не отходила от неё, боясь, что та потеряет сознание. Но Клэр лишь немного повело. Она уперлась рукой в наличник, зафиксировав себя в пространстве. Когда ноги прочувствовали опору, Редфилд через силу побрела на выход.
Ручка уборной дрогнула, Леон сделал шаг навстречу и застыл. С утра ему показалось, что Клэр выглядит плохо. Но нет. Плохо она выглядела теперь. Перед ним была не Редфилд, лишь её серая тень.
– Клэр… – начал он.
– Я хочу увидеть его, – тихо, но твёрдо произнесла она.
У Леона была тысяча причин отказать ей, но… он понимал, если этот пластырь не сорвать окончательно, вернуться к нормально жизни она не сможет.
***
Стива поместили в камеру со стеклом вместо решётки, похожую на обитель доктора Лектора. Он смотрел «Молчание ягнят» вместе с Клэр. В той… другой жизни. За пределами его тюрьмы было темно, а внутри горел тусклый дежурный свет. Бёрнсайд сидел на стуле, упёршись локтями в колени и уставившись под ноги. Его запястья по-прежнему украшали браслеты, правда, теперь давая свободу передвижения.
Внезапно лампы за стеклом включились. Из динамика раздался голос:
– У Вас посетитель, мистер Бёрнсайд. Помните, Вы находитесь под стражей, любое провокационное действие – и к Вам применят силу. Подтвердите, что поняли.
– Да, – ответил Стив, вскинув голову к потолку.
Раздвижная дверь бесшумно открылась. В помещение вошли двое: Леон Кеннеди и она…
– Клэр! – не сдержавшись, воскликнул Стив, прильнув к прозрачной стене камеры.
Её лицо было бледным – точно пасмурное осеннее небо, напряжённая линия губ, безжизненный взгляд… Ему стало страшно. «Что они с тобой сделали, Клэр?!»
– Мистер Бёрнсайд, отойдите от стекла! – тут же прозвучало из громкоговорителя.
Не мешкая, он сделал несколько шагов назад, держа руки на виду, всячески выражая покорность. Лишь бы она не ушла…
Клэр пристально смотрела на человека по ту сторону плексигласа: её глаза видели Стива, её разум – ренегата. Она обратилась к Леону:
– Я хочу войти внутрь.
– Плохая идея… – произнёс Кеннеди. – Мы можем вывести звук на внешние колонки, поговоришь с ним через стекло.
– Нет, – безэмоционально произнесла она, щелкая ногтями. – Одна личная встреча, Леон…
Он шумно вздохнул, потер пальцами лоб…
– Ладно.
Подойдя к панели управления, Кеннеди нажал кнопку на селекторе и сказал:
– Откройте камеру.
Стив видел, как Клэр о чем-то беседует с Леоном – холодно, односложно. Он не слышал ни звука, просто читал её точно карту…
Динамик снова активировался:
– Мистер Бёрнсайд, сейчас мы откроем дверь камеры и впустим посетителя. Пожалуйста, сохраняйте дистанцию и не пытайтесь осуществить с ним физический контакт. Подтвердите, что поняли.
– Я понял, – бросил Стив в никуда.
Когда стеклянная створка отворилась и внутрь вошла Клэр, Бёрнсайд замер. Он смотрел в её глаза в поисках света, который вывел его из чёрных лабиринтов разума, подарив три месяца настоящей жизни. Но там была лишь пустота…
Редфилд двигалась не торопясь, осторожно, будто оказалась в вольере с хищником… Подавленная, отречённая… Грудь Бёрнсайда пронзила острая боль, точно выстрел – «она знает».
– Клэр… – начал он.
Она вскинула на него ледяной взгляд, заставив замолчать. Он просто стоял и наблюдал, как шаг за шагом она подходит всё ближе…
Редфилд остановилась в полуметре от Стива. Душу до сих пор рвало на части. Можно ли к такому привыкнуть? Нет… Можно ли такое вообще осознать?! Сейчас она видела – перед ней не человек. Искусственность ренегата была на поверхности – только присмотрись. Она просто не хотела замечать очевидного…
– Кто ты? – наконец заговорила она.
Он коротко вздохнул:
– Я скажу то, что ты хочешь услышать.
– Правду… Я хочу услышать правду…
– Я – ренегат.
Он сдался, смирился, отпустил… Лишь бы ей стало легче, лишь бы она его простила. Простила и, может… приняла?
Губы Клэр чуть приоткрылись. Пауза. Ей казалось, она падает в пропасть: вроде всё уже пережито, и вот опять…
– Ты хоть раз был со мной честен? – произнесла она, стараясь сохранить лицо.
Но язык тела всё выдавал. Он чувствовал надлом в вибрации её голоса, в сокращении мимических мышц, в сузившихся зрачках… «Что я с тобой сделал?!» – осознание скрежетнуло точно нож по стеклу.
– Я никогда не врал тебе, Клэр, – искренне произнёс он.
Она выдохнула горькую усмешку, отвернувшись в сторону:
– Снова ложь.
Он покачал головой, будто ослышался, и в отчаянии протянул к ней руку, коснувшись запястья. Клэр дёрнула кистью, будто обожглась:
– Не трогай меня!
Её окрик, точно кнут, больно хлестанул по сердцу. Стив тут же поднял ладони вверх:
– Прости…
Голос из динамика нарушил их рандеву:
– Мистер Бёрнсайд первое и последнее предупреждение!
– Да, я понял, я не… – едва слышно произнёс Стив, сделав несколько шагов назад.
Он словно шёл ко дну. Связанный. С грузом на ногах.
– Я люблю тебя, – заполнило пространство камеры, будто последние слова смертника на электрическом стуле, – это правда. Это всегда было правдой.
«Я люблю тебя». Клэр подавилась собственным дыханием. Насколько сильно ей хотелось вернуть Стива Бёрнсайда из мёртвых, что она купилась на эту фальшивку. Идеальную копию. Совершенную во всём, кроме одного… Это был не он. Это был не её Стив. Она закусила губу. На глаза навернулись слёзы.
– Что ты вообще такое?! – почти прошипела она.
Бёрнсайд понял – это конец. Маски сдёрнуты, занавес опущен. Стиву подумалось – он умер там, в допросной, когда оказался всего лишь подделкой. Ренегатом. Но нет. Это была лишь прелюдия. Смерть наступила сейчас. Он провожал взглядом свою первую и единственную любовь, пока та не скрылась за раздвижной дверью. Лампы снаружи снова погасли, как и его желание существовать.
Клэр вышла из камеры, на ходу бросив:
– Всё.
Леон приложил палец к селектору:
– Мы закончили.
Двери отворились, выпуская их в коридор. Редфилд шла первая, Кеннеди чуть позади. В этот раз её не надо было догонять, она больше не бежала от реальности. Поравнявшись с ней, Леон спросил:
– Как ты?
– Паршиво.
Её голос провалился, стал таким же болезненным, как и её вид.
– Что дальше? – спросила она, словно по инерции продолжая разговор.
– Отвезу тебя домой.
– Что, больше никаких допросов? – кольнула Клэр.
– Нет, – спокойно отозвался Кеннеди.
Он опустил ладонь ей на плечо. Мягко, уверенно – извиняясь и сожалея. Она мельком глянула на его руку, уклоняясь в сторону, снимая тяжесть чужого сочувствия:
– Я в порядке, Леон.
Её противоречивые фразы, только подтверждали, что это не так. Клэр может и смерилась с действительностью, но пока не справилась с ней. Замедлив шаг, Кеннеди снова чуть отстал, понимая – Редфилд нужно время.
***
Джип мигнул фарами, раздался щелчок разблокировки дверей. Кеннеди и Редфилд почти одновременно сели в машину, на автомате пристегнув ремни безопасности. Леон повернул ключ зажигания, когда с заднего сиденья раздался низкий грудной голос:
– Я уже подумала, ты останешься там ночевать.
– Боже… – Клэр чуть не подпрыгнула от испуга.
Карусель эмоциональных потрясений вконец расшатала её нервную систему. Реакция Редфилд сгладила секундное замешательство Кеннеди. Он сделал вид, что всё под контролем. Взглянув в зеркало заднего вида, он произнёс:
– Ада.
Клэр нахмурилась и бесцеремонно перегнулась через сиденье. Окинув взглядом азиатку в бордовом платье, она повернулась к Леону:
– А ты времени зря не теряешь.
Кеннеди недовольно повёл головой – даже на грани распада Редфилд оставалась Редфилд. «Это хорошо», – вдруг промелькнула мысль. В какой-то момент Леон по-настоящему испугался за неё: а если Клэр не сможет оправиться от этой истории? Но, похоже, намечалась положительная динамика.
Редфилд не заметила эмоций Кеннеди и уже забыла о незваной пассажирке. Откинувшись на спинку кресла, она повернула измученное лицо к боковому окну и погрузилась в зыбучие пески своего сознания.
Джип тронулся, выезжая с парковки. Леон продолжал поглядывать на отражение Ады. Она была неразговорчива, а он солидарен. Информационное поле этого дня и так зашкаливало. За стёклами проносился лесной массив, тянущийся к границе с Филадельфией. Время перевалило за семь вечера, погрузив улицу в сумрак. Спустя полчаса тишины Кеннеди всё-таки не выдержал:
– Какими судьбами, Ада?
– Есть дело…
– Ты вроде попрощалась… – заметил он.
– А ты вроде хотел продолжения, – протянула она бархатным голосом.
– Меня сейчас стошнит, – вдруг встряла Клэр.
Леон вскинул брови. «Обязательно надо вставить свои пятьдесят центов», – вспыхнуло в голове, – «ведёт себя как ребёнок». Когда Редфилд вцепилась в его рукав, он подумал: «Ну это уже перебор». Повернувшись в сторону Клэр, Кеннеди увидел, как она прижимает ладонь ко рту.
– Останови машину! – пробубнила она сквозь пальцы.
Он резко дал по тормозам. Редфилд вылетела из салона и, пробежав несколько метров, опустилась на колени. Леон с беспокойством проводил её взглядом и тут же отвернулся, будто одним вниманием мог сделать ей хуже.
– Бедняжка… – вдруг заметила Ада. – Надеюсь, она не прогуливала уроки по половому воспитанию?
Кеннеди свёл брови и оглянулся на Вонг:
– Думаешь… Клэр могла забеременеть от Стива?
Ада вздохнула, закатив глаза, и тягуче произнесла:
– Леон, ты порой сам как ребёнок… Ренегаты не носители жизни, они носители вируса.
Кеннеди снова перевёл взгляд на сгорбленную спину Редфилл. Слова Ады достигли сознания.
– Чёрт! – бросил он, выскакивая из машины.
«Дурацкое молоко» – прохрипела Клэр, чувствуя мерзкое жжение в горле. – «Надо было позволить Стиву купить новое…». Она осеклась. Сжала зубами нижнюю губу, уставившись перед собой. Тело обдувал осенний ветер, проникая сквозь ткань тонкой футболки, заставляя дрожать ещё сильнее. Не от холода, от невыносимой душевной боли.
Редфилд услышала, как хлопнула дверь автомобиля и шорох приближающихся шагов. Леон переживал, но ей не нужна была компания. Вытирая следы рвоты с кожи, она крикнула через плечо:
– Всё нормально. Дай мне пару минут.
Но Кеннеди не остановился. Редфилд раздражённо выдохнула: «Боже, почему ты не можешь оставить меня в покое хоть на секунду?!».
Леон опустился рядом. Она подняла на него усталый взгляд и замерла. Что-то было не так.
– Клэр… – начал он.
Потом заминка. Он провел языком по внутренней стороне зубов, о чем-то думая или к чему-то готовясь…
– Вы предохранялись?
– Чего?! – возмущенно воскликнула она. – Ты это серьезно сейчас?!
Леон пристально смотрел на Редфилд. Он не шутил:
– Ренегаты – разносчики вируса. Если в твой организм попала кровь Стива или… сперма, ты можешь быть заражена.
– Что? – она встряхнула головой, пока не понимая.
– Давно тебя тошнит?
– Нет. Пару дней…
– А другие симптомы, может, сыпь или озноб?
– Температура чуть выше нормы. Но у меня скоро начало цикла. Это нормально. Или… нет? – сейчас она больше спрашивала себя, чем его.
– Когда у вас с ним был… ну… когда вы первый раз переспали? – Кеннеди не хотелось лезть в её интимную жизнь, но сейчас было не до личных границ.
– Не знаю. Когда он появился. В начале июля… – вспоминала Клэр, бесцельно скользя взглядом по траве.
– Три месяца назад… – констатировал Леон.
Редфилд отвела взгляд в сторону чащи, уставившись в темноту. Секунда. Две…
– Вот дерьмо… – слова сорвались точно камень с высоты.
Она снова посмотрела на Кеннеди – в её глазах читалось: «Леон, я здорово влипла!».
– Эй, всё будет нормально, – тут же произнёс он, – мы знаем, что существует вакцина.
– Да, – отрешенно согласилась Клэр. – Но мы не знаем, где она…
– Мы нет. А вот наш заключённый…
После этих слов Редфилд почти всерьёз задумалась, нужен ли ей этот шанс на спасение.
Ренегат. Часть 6
